Этот День Победы…

9 мая. Одесса. Из-за своей позиции, идущей в разрез с официальной, этим ребятам сейчас приходится скрывать свое лицо. Увы, инокомыслие у нас по-прежнему преследуется…

Девятого мая, в пять утра, я сошел с поезда на Одесскую землю. На перроне проходила выборочная проверка большой группой милиционеров прибывающих пассажиров. Вместе с милиционерами было 2-3 молодых парня в «полукомуфляжной» форме. Кто бы это мог быть?! Представители правого сектора, приехавшие на «поезде дружбы» или местные сторонники киевской власти?..

Час провел в зале ожидания. Чтобы не слышать терки бомжей с милиционерами – вышел на улицу. Рассвело, но из-за поднявшегося ветра стало ещё холоднее.

Рядом с вокзалом – Куликово Поле и сгоревший Дом Профсоюзов. Пошел туда. Народу на площади не было. Однако на ступеньках у колонн, вокруг стендов с фотографиями погибших очень много цветов.

Прямо с дорожными вещами зашел во внутрь. Всё смелее и быстрее стал переходить с комнаты в комнату с этажа на этаж. Очень сильно пострадала от огня центральная часть здания и лестница ведущая через все этажи. От жара покарёжило решётки на окнах и металически фрагменты лестниц. Обвалилась штукатурка с потолка. Но буквально в нескольких метрах, расположении комнаты в которых лишь копоть на стенах. Громадные боковые корпуса имели комнаты, практически не пострадавшие даже от копоти. В некоторых стаяли вазоны с живыми цветами. Наиболее хорошо сохранившиеся комнаты удивляли отсутствием мебели. Потом выяснилось, что 5-6 числа, мебель, была вывезена собственниками – арендаторами помещений. Интересно! О каком криминальном расследовании, в условиях повальной эвакуации предметов можно вести речь…

Нашел в одной из непострадавших комнат спящего в кресле молодого человека (явно не бомж по внешнему виду). Может быть охранник?

Поднялся до верха, зашел в «красный» актовый зал. Он почти не пострадал. Шикарные красные кресла не имели следов копоти, пыли, повреждений. В нескольких комнатах и в одном центральном коридоре, я нашел баррикады. Части многих из них обуглены. Стёкла большинства окон разбиты, в трёх или четырёх окнах пробоины слишком малы и напоминают следы попадания пуль. На стенах центральных лестничных пролетов, которые гуще всего покрыты копотью, уже позже трагедии люди делали надписи: «Фашизм не пройдёт», «но пасаран», «православные объединяйтесь», «смерть фашизму», «Одесса, проснись!»…

Leave a Comment