Ветеран Великой Отечественной войны Владимир Иванович Зайцев проживает в Киргизии, но с Черкассами его связывают самые тёплые воспоминания. Ведь ему довелось освобождать наш город от немецко-фашистских захватчиков. Тут, в ожесточённых, кровавых боях был ранен, тут потерял многих боевых побратимов. «Черкассы – это память моей боевой молодости, моего сердца» – говорит фронтовик.

На фронт

По окончании Харьковского артиллерийского училища, которое было эвакуировано в Узбекистан, был направлен на Северо-Западный фронт, в район пос. Кувшиново Калининградской области.

– Была середина мая 1943 года. 933-й стрелковый полк 254-й стрелковой дивизии 52-й армии, куда я был направлен после боёв под г. Старая Русса, находился на пополнении.

Я принял 2-й огневой взвод противотанковой батареи полка. Батарея была укомплектована 45-мм противотанковыми орудиями. Жили в палатках, питание было очень плохое. Вместо хлеба давали ржаные сухарики. Они были такими твёрдыми, что мы разбивали их сапёрной лопаткой, а затем размачивали в чае. Многие заболели цингой, заболел и я. Спас настой из хвои. В начале июня нашу часть погрузили в эшелон и направили под Воронеж. А далее пешим порядком, делая по 30-40 км в сутки, догоняли фронт. Первый бой приняли в открытом поле около 5 часов утра северо-западнее Харькова, в 1,5 – 2 км от г.Зенькова. Первыми в атаку пошли танки, поддержанные пехотой. Шли, как на параде. В 200-300 метрах от переднего края противника были встречены огнём самоходок «Фердинанд». Почти все наши танки были сожжены, остальные отошли на исходные позиции. Атака была сорвана. Пехота залегла и стала окапываться. Мои орудия ещё не стреляли, так как противник не выдвигал бронетехнику. С рассветом стал нарастать гул артиллерийской канонады, а в воздухе развернулись схватки наших и немецких истребителей. К полудню стало известно, что враг оставил Зеньков без боя. Наша часть вытянулась в походную колонну и стала преследовать отходящего противника. Мы продолжали преследовать отступающего противника. Идущие впереди роты залегли – по ним с небольшого холма у деревни открыл огонь пулемёт. Посланные туда разведчики подавили пулемёт, забросав его гранатами. Пулемётчик был мёртв, оказалось – штрафник, он был прикован к пулемёту цепью – вспоминает Владимир Иванович.

Последнее орудие

– Вышли на подступы к Золотоноше. Командир батареи Максимов вызвал к себе и приказал уничтожить немецкий танк, что мешает своим огнём продвижению пехоты. Я поставил эту задачу командиру расчёта, любимому моему помощнику комвзвода старшине Амосову. Нужно было молниеносно приблизиться на 400-500 метров к танку, развернуться, занять позицию, привести орудие к бою, а затем открыть огонь – задача почти не выполнимая. Расчёт не успел преодолеть и половины пути, как по нему танк открыл огонь, и орудие было уничтожено. Передок с орудием оторвался и упряжку с раненой лошадью Белкой жеребец Филин волоком притащил к нам в укрытие. Огнём пулемёта танка был убит наводчик. Так мы потеряли последнее орудие. Во взводе остались я, старшина Аносов и телега под боеприпасы.

Днепр форсировали ниже Канева и чуть выше места, где в Днепр впадает река Рось. 28 октября 1943 г. меня – комсомольца и ещё шестерых солдат принимали в кандидаты в члены ВКП(б). 29 октября форсировали Днепр. Сильных боёв не было, но иногда доводилось отбивать по 12-14 контратак немцев кряду, которые пытались сбросить нас в Днепр. Против нас стояли 72 пехотная дивизия, бригада СС «Валлония», состоявшая из отборных уголовников валлонской, фламандской и французской национальностей, полк 57 пехотной дивизии, танковый полк дивизии «Викинг» во главе с генералом Гилле по прозвищу «Кровавый пёс».

Лейтенант Скользнов

В ночь с 6 на 7 ноября 1943 г. части 254 стрелковой дивизии генерала Путейка оставили плацдарм на правом берегу Днепра и под дождём, в грязь, двинулись по левому берегу Днепра к Черкассам. С 12 на 13 ноября форсировали Днепр в районе с.Свидивок и с боями вышли на окраину с.Дахновка. Окопались и ждали наступления. Справа от моих огневых позиций дымилась Дахновка. Утром позвонил командир 3 огневого взвода лейтенант Скользнов. Он попросил меня прийти к нему, «обмыть» медаль «За отвагу». Мы сидели за небольшим сараем, выпили. Лейтенант почему-то взгрустнул и сказал, что завтра его убьют и попросил, чтобы я сообщил о нём в г.Саратов его матери. Он был у неё единственным сыном. Я старался его переубедить, но он был непреклонен. Ночью, маршем через сосновый лес, вышли на юго-восточную часть Черкасс, в районе тубсанатория «Сосновый». Окопавшись недалеко от железнодорожного полотна, во время небольшого затишья я решил сходить проведать Сережу Скользнова. Нашёл его взвод и услышал печальное известие – лейтенант Скользнов был убит случайным осколком снаряда, разорвавшегося в вершине сосны, а он в это время сидел под ней, опёршись спиной о ствол дерева. Осколок попал в голову. Помкомвзвода показал свежую могилу, где он был похоронен. Предчувствие Сережи сбылось – рассказывает фронтовик о превратностях войны.

Во время боёв за Черкассы погибли ещё много товарищей Владимира Ивановича, сам он был ранен, чудом избежав смерти. После войны много раз был в нашем городе, посещал места боёв. Хоть ветеран живёт далеко, он переписывается с руководителем музея Боевой Славы 254-й стрелковой дивизии, руководителем поисковой группы «Память» Валентином Колодяжным, поисковцами.

«Берегите память о тех, кто защищал нашу свободу и честь! В моём сердце всегда жива память о боях за Ваш город. То, что я сохранил в памяти, я посылаю Вам. Теперь многое уже забылось, особенно фамилии, но лица своих командиров и солдат я помню. Я мысленно, всегда с Вами – Черкасщане, мои наследники!» – писал Владимир Зайцев поисковцам группы «Память».

Геннадий СНОЗ
Воспоминания В.И.Зайцева предоставлены
руководителем музея Боевой Славы 254-й с.д. СШ №27
В.И.Колодяжным